— Давай, ребята, принимайся за работу. — И тихонько добавил: -
Хотели вас выгнать, да отстоял я. Вы не связывайтесь с ним. От дряни подальше — лучше будет.
В НОЧНУЮ СМЕНУ
О того времени, как я пошел работать, ребячья жизнь во дворе Цветковского дома точно отодвинулась от меня. Я уходил в пять часов утра, когда гудел первый гудок, а домой приходил в шесть вечера.
Меня ласково и заботливо встречала Ксения Ивановна:
— Устал? Поесть хочешь?…
Я долго отмывал с рук, с лица заводскую сажу. Пил чай. Во дворе раздавались звонкие ребячьи голоса. Меня тянуло туда, но после чая хотелось чуточку отдохнуть. Я уходил в чулан, где была моя постель. Там — прохладно и темно. Чувствовал, как мое тело приятно отдыхало, а глаза точно задергивало черной завесой. Ребячьи голоса смолкали, куда-то проваливались.
А утром снова прикосновение руки Ксении Ивановны и тихий голос:
— Олешунька, пять часов свистит.
Я соскакивал, одевался, а она, тихо сожалея, говорила: