Он нажал скрытую где-то в стене кнопку, и дверь немедленно открылась перед ними.
Из уличной тьмы они вошли в розовые сумерки. В бледно-розовом освещении лестницы еле видны были очертания чьей-то полной фигуры.
-- Халло! Рози! -- крикнул он, быстро захлопнув за собой дверь, и, обойдя свою спутницу, схватил почти не -- видимую руку. -- Вы ждали нас и сами вышли к дверям. Как это мило с вашей стороны!..
Несмотря на французское имя мисс Роза ответила на чисто американском наречии:
-- Понятно, ждала вас, но не говорите так громко, а то разбудите всю семью. А, это и есть новенькая барышня, Макс?!
Преодолевая легкое сопротивление Айрис, Макс тихонько втолкнул ее, и тотчас она потонула в чьих-то объемистых, странно надушенных объятиях, и горячие губы коснулись ее свежей молодой щеки.
-- Пойдемте в заднюю гостиную, -- сказала Роза, легонько взяв девушку за руку. -- Я хочу хорошенько разглядеть вас.
Пройдя мимо закрытых двустворчатых дверей передней, они вошли в комнату, освещенную если не очень ярко, то, во всяком случае, лучше прихожей.
Такой комнаты Айрис никогда еще не видала: она отливала всеми цветами радуги. На красных обоях висели картины в блестящих золотых рамах. На столе, накрытом голубой скатертью, стояла высокая лампа с красным абажуром. Ковер сверкал пестрыми цветами, глубокие кресла были бледно-коричневого цвета, а широкий диван, на который мисс Роза уселась со своей гостьей, исчезал под мягкими подушками изумительных цветов. Да и хозяйка была по обстановке, как показалось Айрис, когда она наконец, решилась взглянуть на нее. На ней было длинное развевающееся бледно-голубое кимоно, расшитое белыми драконами, из-под широких рукавов видны были обнаженные жирные белые руки с толстыми пальцами и миндалевидными ногтями, напоминавшими острия кинжалов. По полу, шурша кружевами, волочился длинный шлейф.
Все это прежде всего бросилось Айрис в глаза.