-- А я, кроме того, выслушать ваши приказания, -- прибавил Шале.
-- Вы нам особенно нужны, любезный маркиз, -- ответил Кончини последнему. -- На вашу верность и гениальность рассчитана главная часть задачи.
-- Объясните нам ваши планы, -- попросил Шале. -- Вы, конечно, уже переговорили обо всем с ее величеством, и она все знает...
-- Насколько это необходимо, разумеется, -- высокомерно ответил Кончини.
-- Ее величество ведь всегда полагается на опыт верных ей вельмож Франции, -- самодовольно заметил д'Эпернон.
-- Вечером мы соберемся во флигеле Лувра, который занимает королева-мать, -- сказал маршал. -- Со мной будет человек тридцать преданных мне дворян. С адъютантами и другими придворными штата ее величества у нас будет почти восемьдесят вооруженных людей. Да прибавьте еще человек тридцать швейцарцев. Как только в одиннадцатом часу вечера Ферморель сделает фальшивое нападение, цель которого перебить мушкетеров в галерее и отдать власть нам в руки, вы господин маркиз, с десятками четырьмя придворных займете и очистите флигель короля... разумеется, для того только, чтобы оградить его величество от всякой опасности.
-- Один вопрос, господин маршал. Учтена ли возможность препятствий, которые могут явиться в Лувр извне при выполнении вашего плана? -- спросил итальянца маркиз.
-- Этого не случится! -- вскричал д'Эпернон. -- Ведь господин маршал, разумеется, распорядится поставить караулы у всех дверей дворца!
-- В одиннадцатом часу, когда я покажусь в окне, -- ответил Кончини, -- Ферморель пробьется в галерею, оцепив перед тем Лувр. Кроме того, подъемный мост через ров, отделяющий дворец от улиц, будет в это время поднят, так что всякое вторжение извне невозможно! Заняв флигель короля, вы пошлете ко мне офицера с рапортом обо всем, а затем мы приступим к аресту графа де Люиня, герцога Сюлли и других господ из свиты короля.
-- Может случиться, что во флигеле мы встретим сопротивление, все может случиться... -- с сомнением заметил Шале.