-- Вы сами видите, что он жив, -- сказал доктор, -- но муки его просто невыразимы. За ним придется ухаживать целые годы, прежде чем он выздоровеет.
-- Утром мы разыщем его родных и передадим его на их попечение, -- ответил Милон и попросил доктора обстоятельно и подробно рассказать, чем можно будет облегчить страдания ребенка.
После объяснений доктора, этот великан с истинно трогательной заботой снова взял мальчика на руки и пошел к своим друзьям.
Уже светало, когда он добрался до них со своей ношей, и все трое принялись добросовестнейшим образом исполнять предписания врача, чтобы смягчить страдания несчастного малыша.
Когда окончательно рассвело, им следовало выехать в Париж, так как в этот день необходимо было явиться к своему командиру. Но они сочли своей обязанностью сначала разыскать родных ребенка, которые не переставал жалобно стонать. Они не сомневались в том, что в таком маленьком городке, как Бове, это будет нетрудно. Тем большим было удивление мушкетеров, когда их старания и хлопоты в этом направлении остались безуспешными.
Наступил вечер, а они еще ничего не выяснили. Милон Арасский, стоя возле несчастного ребенка, как-то вопросительно и печально смотрел на товарищей.
-- Мне кажется, -- проговорил он нерешительно, -- что судьба самым странным образом посылает нам ребенка, у которого теперь окажется целых три отца и ни одной матери! Что вы на это скажете?
-- Неужели ты думал, что я способен бросить такого несчастного младенца? -- вскричал маркиз. -- Я считаю, что так как мы не смогли разыскать его родных, нам следует взять его с собой!
-- И я с вами согласен, -- проговорил Каноник, -- пусть это будет сын мушкетеров.
-- Хоть бы узнать как его зовут? -- сказал Милон, -- но он все еще в бессознательном состоянии. По лицу тоже ничего не узнаешь. Оно совсем обезображено! И мне кажется, что даже если нам удастся спасти его от смерти, он навсегда останется с этими пятнами и шрамами.