-- Я не знаю причин твоего нерасположения к графу, ныне герцогу де Люиню, однако то, что я расскажу, удивит даже тебя и, надеюсь, возмутит так же, как и меня.
-- Да уж, действительно, говоря о герцоге Люине, едва ли обнаружишь что-нибудь хорошее! -- заметил маркиз.
-- Я надеюсь, что на этот раз даже наш чересчур осторожный Каноник не отыщет причин, не позволяющих нам вмешаться. Произошло величайшее и возмутительнейшее преступление!
-- И о нем знаешь только ты один?
-- Я уже вижу твою недоверчивую мину, друг Каноник. -- Ну да, я и мой источник, вернее, мой источник и я знаем о нем.
-- И преступление это совершено Люинем? -- спросил маркиз.
-- Им, -- его швейцарцами!
-- Ты что, нарочно тянешь, чтобы испытать наше терпение? -- вскричал Каноник.
-- Люинь насильно увез девушку, которую зовут Магдаленой! -- объявил Милон.
Маркиз сильно вздрогнул, глаза его сверкнули, он вскочил с места, но усилием воли сдержался, чтобы не выдать своего волнения.