-- Вон там на телеге лежит мой плащ, -- сказал он, -- в нем мои пистолеты. Возьмите это себе в залог. А мне нельзя больше терять ни минуты! Прощайте, добрые люди!
Пьер Мальгрэ так и остался стоять с раскрытым ртом, глядя, как мушкетер быстро поскакал по деревенской улице. Жервеза хотела было еще что-то сказать, но Этьен уже исчез из виду. Она озадаченно взглянула на мужа, тот ответил ей таким же удивленным взглядом.
-- И все по твоей милости! -- проговорил он, медленно подходя к телеге.
-- Как, по моей! -- вскричала Жервеза, задетая за живое этим замечанием мужа. -- Вот еще! Да ведь ты сам сказал, что согласен на все.
-- Когда же я это сказал?
-- Разумеется, сказал! А то разве я допустила бы до этого. Или ты онемел в то время, когда мушкетер сказал, что ты на все согласен?
-- Да я шутил! Ты, верно, ослепла, что не поняла этого! А я тебе скажу, отчего ты упустила лошадь. Потому что тебе пришлись по вкусу россказни этого зубоскала. Вот почему! А он над тобой смеялся, да будет тебе это известно.
-- Только ты можешь так думать и говорить, на то тебя и зовут Пети-дураком!
-- Ну, это еще неизвестно, кто из нас глупее! -- вскричал оскорбленный супруг. -- Ты вот не знаешь, что говорил мне мушкетер, пока мы с ним ехали. А он все хохотал надо мной, что я бабу слушаюсь.
-- Поезжай за ним сейчас же и отними у него лошадь!