Старушка широко раскрыла глаза, увидев богато расшитый костюм незнакомца, попросившего ее оставить их вдвоем. Она ушла к себе в спальню. Николай с изумлением смотрел на гостя, стараясь припомнить его. Принц взял стул, попросил старика сидеть и заглянул в книгу, лежавшую перед ним на столе.
-- Я помешал вашей молитве, патер Лаврентий, -- сказал он, -- но вы не будете на меня сердиться, когда я скажу вам, что вы в большой опасности, и я пришел спасти вас.
-- Скажите, пожалуйста, благородный господин, не кузен ли вы короля? Не благородный ли вы принц Генрих Конде? -- спросил все еще дрожащим голосом старик.
-- Не стану скрывать от вас, но вы должны быть со мной откровенны. Клянусь, вам не придется раскаяться! Вы -- патер Лаврентий?
-- Я чувствую доверие к вам, высокий принц. Да, я несчастный старый патер Лаврентий. В продолжение пяти лет я нигде не могу найти себе покоя. Я призывал смерть, но мне не хотелось умирать на чужой стороне, и я вернулся, чтобы закрыть глаза на родине!
-- Вас увидели и узнали, патер Лаврентий. Вам здесь больше нельзя оставаться. Сегодня же ночью вы должны уйти, я дам вам приют гораздо безопаснее.
-- Надо расстаться с кузиной... Господи, неужели я нигде не найду покоя? -- жалобно промолвил он.
-- Не беспокойтесь, я сам буду вашим защитником. Знаете ли вы герцога д'Эпернона?
-- Нет, благородный принц, никогда не слыхал этого имени.
-- А маркизу де Вернейль или маркиза де Шале?