- Я сам горю тем же желанием, Анна! Ах, это портрет ваш! Как он поразительно похож! Как мастерски исполнен! Вы не могли придумать для меня более приятного подарка!
Людовик оглянулся вокруг и остановил взгляд на кардинале, по-видимому, очень удивленном и недовольном. Король вынул портрет из ящика.
- Посмотрите, ваша эминенция, - разве я не прав, говоря, что это поистине мастерская работа! - обратился он к Ришелье, подошедшему в этот момент, чтобы окончательно убедиться в правильности мысли, приводившей его в ужас.
- Да, ваше величество, лучше этого портрета может быть разве только сама действительность, - почти дрожа от бешенства, польстил Ришелье, принимая из рук короля роковой портрет.
Он стал пристально рассматривать его, - кисть принадлежала несомненно Рубенсу, бриллианты на рамке были расположены точно так же.
Хотя это было и не совсем вежливо, но Ришелье не мог удержаться от того, чтобы не повернуть портрет и не взглянуть на его обратную сторону.
На золотой пластинке совершенно четко виднелась буква "А", вырезанная его бриллиантовым кольцом.
Он изменился в лице от страха и волнения! Каким образом могла Анна Австрийская добыть этот портрет обратно!
Пока королева принимала приветствия и поздравления от толпившихся вокруг нее знатных дам и получала кислый поцелуй в лоб от Марии Медичи, Людовик подошел к Ришелье.
- Теперь видите, ваша эминенция, проговорил он вполголоса, но с таким волнением, которое не могло ускользнуть от окружающих, - что вы и на этот раз ошиблись.