Ведь для того он и бежал из Бастилии, чтобы отомстить своим врагам и, затем, открыв тайну, извлечь из нее для себя большие выгоды.
Вдруг он услышал, что наверху открывают двери, - желанная минута приближалась!
Жюль Гри, обнажив шпагу, прижался к перилам крыльца.
Сверху послышались шаги.
Казалось, шел только один человек! Кто же это был? Жюль Гри подался вперед и стал смотреть на крыльцо: он хотел удостовериться, не слуга ли это.
В этом случае он представился бы ожидающим.
Нет, при слабом свете, в сумерках, он все же ясно увидел на спускавшемся мундир мушкетера! Без сомнения - это Милон!
Зачем же другой мушкетер остался наверху? Может быть, герцогу сделалось хуже и Милон поспешил за доктором?
Казалось, что так, потому что он спускался очень поспешно.
Жюль рассчитывал минуту нападения, чтобы удачнее вонзить свою шпагу в сердце ничего не подозревающего, бегущего навстречу своей гибели человека.