Она была одна. Вокруг - ни души.
Прелестная девушка уединилась в этом уголке, чтобы никто ей не мешал, и, зачитавшись, не заметила, когда наступил вечер.
Людовик на цыпочках подошел и вдруг поцеловал полуоткрытую шею Олимпии.
Она вскочила, тихо вскрикнув.
Король громко засмеялся.
- Ай-ай-ай, мой прекрасный друг! Как же вы это так долго здесь засиделись? - сказал он. - Посмотрите, уже луна взошла!
- Как вы меня испугали, ваше величество!
- Не сердитесь, милая Олимпия, лучше возьмите меня под руку и пойдемте! Действительно, вечер чудесный! Мне самому хотелось бы подольше наслаждаться им. Можно вас попросить украсить его вашим присутствием, Олимпия?
- Вы оказываете мне большую честь, ваше величество.
- Оставьте же, наконец, эти избитые фразы, говорите со мной, как с человеком, не льстите, я прошу, я требую, впрочем, нет! Как я могу требовать чего-нибудь! Я смею только надеяться и желать!