-- Хорошо -- положимъ, что такъ, допустимъ даже, что вы невинны; продолжалъ докторъ Гагенъ, но въ такомъ случаѣ вы должны же объяснить, кого считаете вы преступникомъ!
-- Этого я не могу сдѣлать!
-- На кого имѣете вы подозрѣніе!
-- Если господа судьи не имѣютъ подозрѣнія ни на кого другаго, какъ только на меня, какже могу я простой невѣжда мужикъ, знать болѣе ихъ?
-- Оставьте колкости, лѣсничій, они вамъ ни къ чему не послужатъ!
-- Клянусь Богомъ я невиненъ! громко и торжественно воскликнулъ Губертъ, поднимая правую руку къ небу, видитъ Богъ, будь я преступникъ, я не медлилъ бы ни минуты, я прямо бы сознался, мнѣ жизнь не дорога нисколько. Но я невиненъ въ смерти молодой графини и не знаю также, кто совершилъ преступленіе; по дорогѣ тогда не встрѣтилъ я никого болѣе.
Гагенъ задумался. Нѣсколько минутъ длилось молчаніе.
-- Дѣло ваше однакожъ становится все интереснѣе, сказалъ послѣ нѣкотораго раздумья докторъ, я съ нетерпѣніемъ ожидаю конца! Очень жаль мнѣ, что ничего болѣе не можете сказать вы по поводу этого преступленія! Очень часто бываетъ, что невинные гибнутъ и изъ за того только, что несчастнымъ стеченіемъ обстоятельствъ улики противъ нихъ, а они не могутъ дать никакихъ показаній, которыя пролили бы настоящій свѣтъ на преступленіе. Одно только очевидно: настоящій убійца дѣйствовалъ ловко и крайне осторожно; что тутъ совершено убійство, это не подлежитъ никакому сомнѣнію! настоящій убійца умѣлъ, что называется, схоронить концы въ воду; къ счастію этого негодяя, наказаніе за него его судьба возложила на васъ и вамъ не легко будетъ убѣдить присяжныхъ въ своей невинности. Но, не падайте духомъ и надѣйтесь на Бога, защитника невинныхъ! Мужайтесь!
И докторъ, Гагенъ простился съ заключеннымъ. Губертъ остался одинъ въ камерѣ. Снова углубился онъ въ свои мрачныя мысли, строго и угрюмо было выраженіе его лица.
-- Онъ и вправду невиненъ, прошепталъ Гагенъ, выходя изъ тюрьмы, быть не можетъ, чтобы онъ совершилъ убійство!