Не было ничего мудренаго, если этотъ мрачный домъ ловушка. Дверь была открыта, внутри дома темно, что было мудренаго, если хорошо направленный ударъ сдѣлаетъ его безвреднымъ.
Но Губертъ въ тоже время не сомнѣвался, что Гагенъ находится въ этомъ домѣ.
Онъ быстро рѣшился. Во чтобы то ни стало, онъ долженъ освободить доктора! Было бы постыдной трусостью, еслибы онъ не рѣшился войти въ домъ.
Крѣпко сжавъ револьверъ, онъ переступилъ черезъ порогъ.
-- Эй, закричалъ онъ, кто бы тутъ ни былъ, не думайте напасть на меня, я безъ разговоровъ убью всякаго,
Еслибы у него былъ огонь! Отвѣта не послѣдовало. Въ домѣ было такъ темно, что Губертъ почти ничего не могъ различить. Наконецъ онъ различилъ въ глубинѣ комнаты очагъ и около него лѣстницу въ верхній этажъ. Вцизу, по обѣимъ сторонамъ входной двери было еще нѣсколько дверей. Губертъ открылъ двери и осмотрѣлъ комнаты, ища Гагена, но на соломѣ никого не было. Онъ вернулся назадъ въ переднюю и уже хотѣлъ подняться вверхъ, чтобы наверху также все осмотрѣть, какъ вдругъ ему послышались голоса снаружи.
Нѣсколько человѣкъ разговаривали въ полгодоса.
Можетъ быть это возвращались назадъ обитатели дома? Можетъ быть они унесли Гагена? Губертъ сталъ прислушиваться, но не могъ различить словъ, онъ слышалъ только, что эти люди ходили туда и сюда, затѣмъ ему вдругъ показалось, что снаружи мелькнулъ свѣтъ фонаря.
Губертъ остановился внизу у лѣстницы, чтобы подождать, что будетъ. Положеніе его было не блестяще, такъ какъ, повидимому, около дома было не менѣе пяти или шести человѣкъ, хотя у него былъ для защиты револьверъ, но было также легко предположить, что у людей, жившихъ тутъ, также могли быть револьверы и ничего не было мудренаго, если они подстрѣлятъ его.
-- Все кругомъ занято? послышалось Губерту.