Гагенъ нашелъ у себя письмо, которое было послано ему изъ Нью-Іорка въ Германію и оттуда обратно переслано въ Нью-Іоркъ.
-- Отъ Неймана! сказалъ онъ, развертывая письмо.
Губертъ стоялъ въ ожиданіи.
-- Нейманъ также ничего не нашелъ, сказалъ Гагенъ, читая письмо, онъ спрашиваетъ меня знаю ли я господина, визитная карточка котораго приложена къ письму, этотъ господинъ далъ ему свою карточку на одномъ балу и сказалъ, что онъ близкій другъ Кингбурна, который живетъ около Питсбурга. Замѣчательнѣе всего то, что этотъ господинъ сказалъ емк будто гувернантку Кингбурна зовутъ Марія Рихтеръ...
-- Это удивительно! согласился Губертъ.
-- Какъ могъ онъ знать имя? Несмотря на это Нейманъ не нашелъ въ Питсбургѣ ничего, продолжалъ Гагенъ, взявъ приложенную къ письму карточку, г. фонъ-Арно, Нью-Іоркъ, площадь Альсторъ, прочелъ онъ и задумался, фонъ-Арно... я не помню, чтобы когда-нибудь слышалъ это имя.
-- Я также не знаю его, сказалъ Губертъ.
-- Во всякомъ случаѣ сообщеніе Неймана очень важно и настолько интересно, что стоитъ узнать какимъ образомъ этотъ господинъ Арно узналъ объ отношеніяхъ и имени Маріи Рихтеръ, и что онъ предполагалъ говоря, что Кингбурнъ живетъ около Питсбурга, и что онъ за личность. Завтра я разъясню это. Спокойной ночи Губертъ.
Губертъ отправился въ свою комнату. Письмо Неймана взволновало его также сильно, какъ и Гагена и онъ не могъ объяснить себѣ хода дѣла. Невозмояіно было предположить, чтобы существовалъ другой Кингбурнъ, точно также привезшій изъ Германіи гувернантку, такъ какъ было доказано, что пріѣхавшій лѣтомъ изъ Бонна Кингбурнъ былъ сенаторъ изъ Ваппінгтона, а пріѣхавшая съ нимъ гувернантка называлась мисъ М. Рихтеръ.
Какъ Гагенъ такъ и Губертъ не много спали ночью. Теперь всѣ ихъ розыски должны были скоро окончиться. Гагену надо было только узнать кто этотъ г. фонъ Арно, и что онъ зналъ о Маріи Рихтеръ, а затѣмъ всѣ ихъ дѣла были бы окончены.