Мать и сынъ.
-- Самъ новый докторъ сказалъ это мнѣ, говорилъ Филиберъ графинѣ, онъ считаетъ мнимую графиню совершенно здоровой и желаетъ наблюдать за ней, кромѣ того, онъ находитъ, что ей не мѣсто въ сумасшедшемъ домѣ.
-- Не мѣсто въ сумасшедшемъ домѣ! повторила графиня полунасмѣшливо, полусердито; ну, чтоже, въ такомъ случаѣ ее надо запереть въ тюрьму, какъ обманщицу! Это заключеніе въ сумасшедшій домъ замѣнило тюрьму только изъ уваженія ко мнѣ.
-- Какъ кажется, этотъ новый докторъ очень рѣшителенъ, продолжалъ Филиберъ, кромѣ того, я замѣтилъ, что онъ питаетъ къ сумасшедшей особенное участіе.
-- Ей счастье! Этотъ также влюбленъ.
-- Нѣтъ, тутъ не любовь, а участіе! Мнѣ показалось, какъ будто онъ повѣрилъ жалобамъ сумасшедшей, счелъ ихъ за правду и хочетъ произвести слѣдствіе.
-- Какое слѣдствіе можетъ онъ производить? сказала графиня.
-- Мнѣ тоже это показалось странно, но у него есть какая-то особенная мысль, и онъ дѣйствительно кажется рѣшился особенно наблюдать за мнимой графиней. Когда онъ услышалъ, что я здѣшній капелланъ, то такъ странно взглянулъ на меня своими большими глазами, какъ будто хотѣлъ прочесть мои тайныя мысли. Онъ совсѣмъ странный человѣкъ и вводитъ въ заведеніи новые порядки.
-- А что говоритъ о немъ сидѣлка Дора Вальдбергеръ? спросила графиня. Я слышала, что новый докторъ недоволенъ ею.
-- Одно обстоятельство было причиной этого. Я слышалъ объ этомъ не отъ доктора, а отъ сторожа. Мнимая графиня была переведена въ новую комнату, въ которой окно было безъ рѣшетки, это приказалъ докторъ! Одинъ разъ, днемъ, на прошлой недѣлѣ, Дора Вальдбергеръ вошла туда какъ разъ въ ту минуту, когда сумасшедшая хотѣла броситься изъ окна...