-- Не спѣшите, милордъ, замѣтилъ Джонъ, я еще ничего не сдѣлалъ, а кто дѣлаетъ такія дѣла, тотъ не забудетъ отдать вознагражденіе.
-- Какъ онъ знаетъ человѣческое сердце! вскричалъ Макъ-Алланъ. Но однако до завтра, Джонъ Ралей, спокойной ночи.
-- Прощайте, милордъ, отвѣчалъ хозяинъ, и пока Митнахтъ съ ирландцемъ возвращались къ дюнѣ, онъ, хромая, направился обратно къ дому.
-- Это человѣкъ, котораго можно употребить на все! говорилъ по дорогѣ Макъ-Алланъ, если вы въ его домѣ, или по близости, отправите на тотъ свѣтъ вашего противника, то Джонъ позаботится о томъ, чтобы онъ исчезъ безъ слѣда; подъ его домомъ течетъ канава, впадающая въ Гудзонъ и она унесетъ все, что должно исчезнуть. По крайней мѣрѣ я такъ слышалъ.
Они дошли въ это время до кареты и сѣли въ нее.
-- Вы ѣдете домой? спросилъ Макъ-Алланъ, въ такомъ случаѣ высадите меня у моей квартиры.
-- Хорошо, отвѣчалъ Митнахтъ и приказалъ своему кучеру сначала довезти ирландца, а потомъ уже ѣхать домой. Карета покатилась. Сильныя лошади быстро довезли ее до города.
-- Теперь скажите, Макъ-Алланъ, сколько вы хотите за сегодняшнюю услугу? спросилъ Митнахтъ.
-- Я знаю, что вы умѣете цѣнить заслуги, отвѣчалъ ирландецъ.
Митнахтъ вынулъ изъ кармана бумажникъ и ждалъ пока карета подъѣдетъ къ фонарю, чтобы различить деньги. Онъ вынулъ нѣсколько крупныхъ бумажекъ и подалъ Макъ-Аллану.