-- Но какъ же могло случиться, чтобы эта дѣвушка, которая по вашимъ словамъ уѣхала въ Гамбургъ, могла вдругъ очутиться тутъ?
-- Это до сихъ поръ тайна. Извѣстно только то, что Марія Рихтеръ не ѣздила въ Америку, а неожиданно была вызвана изъ Гамбурга телеграммой.
-- И графиня указываетъ на бывшаго управляющаго Варбурга, на этого Митнахта, какъ на того, кто столкнулъ ее въ пропасть? спросилъ докторъ.
-- Да, графиня утверждаетъ это положительно, но никто не вѣритъ ей, никто не считаетъ ее графиней, и это самое ужасное, казалось бы это одно могло свести съ ума. Да, поставьте себя на ея мѣстѣ, когда на нее клевещутъ, зовутъ безумной. Даже тѣ люди, которые были на ея сторонѣ, высказались что она не графиня такъ какъ въ промежутокъ, о которомъ я вамъ разсказывалъ, она сильно измѣнилась.
-- Въ промежутокъ! задумчиво повторилъ докторъ, этотъ промежутокъ самое странное и непонятное во всемъ этомъ дѣлѣ.
-- Я не могу спорить съ вами.
-- Гдѣ могла быть графиня въ это, довольно продолжительное время? Найдите отвѣтъ на этотъ вопросъ. Можете ли вы допустить, чтобы женщина, да еще такая нѣжная, могла провести почти двѣ недѣли въ пропасти, не умеревъ? Можете ли вы объяснить какимъ образомъ она вдругъ ночью попала въ домъ вашего друга?
-- Все это старые вопросы, на которые нѣтъ отвѣта. Объ эту тайну разбивается все. Это обстоятельство рѣшило дѣло графини противъ нея. Никто не считалъ возможнымъ, чтобы женщина могла пробыть такъ долго безъ помощи и явиться ночью къ дому моего друга.
-- Я вамъ долженъ сознаться, что мою увѣренность уменьшаетъ это обстоятельство, согласился докторъ.
-- Но что если я скажу вамъ, что я снова узналъ графиню, я ея женихъ, то это уничтожитъ ваши сомнѣнія! вскричалъ съ жаромъ Бруно, и вы сами согласитесь, что по вашимъ наблюденіямъ, графиня совершенно здорова умственно.