-- Это правда!
-- Остановимтесь на этомъ докторъ Вильмъ, это очень важно, такъ какъ тутъ можетъ быть только два случая или она графиня, и тогда значитъ тѣ, которые обвиняютъ ее, клеветники, или же она не графиня, но это невозможно.
-- Она не сумасшедшая! сказалъ Вильмъ, всѣ мои наблюденія не открыли въ ней ни малѣпшаго признака умственнаго разстройства,
-- Вы благородный человѣкъ! сказалъ Бруно, протягивая доктору руку. Ваше появленіе въ этомъ домѣ пробудило первый лучь надежды во мнѣ и въ графинѣ. Скажите сами, не было ли бы для васъ торжествомъ, узнать то, въ чемъ до сихъ поръ ошибались всѣ другіе и открыть преступленіе. Мнѣ кажется, что сама судьба привела васъ сюда, чтобы наконецъ освѣтить это мрачное дѣло. Я не ошибаюсь въ васъ, я увѣренъ что вы не успокоитесь раньше, чѣмъ добьетесь истины, вы поможете бѣдной графинѣ.
-- Вы не ошиблись, г. фонъ-Вильденфельсъ, отвѣчалъ Вильмъ, пожимая протянутую ему руку, вы не ошиблись во мнѣ, я считаю своей обязанностью узнавать истину и оказывать помощь страждущимъ.
-- Въ такомъ случаѣ вамъ удастся помочь графинѣ! Пойдемте къ ней и наблюдайте за ней во время ея свиданія со мной. Вы знаете что я близкій родственникъ графини, и что я люблю ее, вы рѣшите, есть ли въ ней хоть слѣдъ умственнаго разстройства.
Тогда Вильмъ оставилъ съ Бруно свою комнату и отправился къ Лили. Онъ самъ открылъ дверь, затѣмъ пропустивъ Бруно впередъ, вошелъ вслѣдъ за нимъ.
Лиля съ радостью поспѣшила на встрѣчу жениху.
-- Я уже знала что ты здѣсь, вскричала она, я видѣла какъ ты пришелъ! Въ моей печальной жизни, твой приходъ всегда бываетъ праздникомъ.
Это свиданіе было такъ нѣжно и трогательно, что докторъ принужденъ былъ убѣдиться, что Лили не можетъ быть сумасшедшая.