По указанію Гагена, полиція являлась ни квартиру Митнахта, но его уже тамъ не было, такъ какъ онъ уѣхалъ изъ Нью-Іорка на другой же день послѣ покушенія на жизнь Гагена.
Розыски ирландца были также безплодны, такъ какъ онъ уѣхалъ въ Европу и всякій слѣдъ его былъ потерянъ.
Слѣдствіе по этому дѣлу не привело ни къ какимъ результатамъ, тѣмъ болѣе, что его производили безъ особеннаго рвенія, только для формы, такъ какъ, по обстоятельствамъ дѣла, было видно, что это былъ скорѣе поединокъ, чѣмъ покушеніе на убійство или грабежъ, тѣмъ болѣе, что всѣ вещи и деньги Гагена были найдены при немъ.
Это происшествіе замедлило возвращеніе Гагена въ Европу. Хотя онъ и поправился очень скоро, но докторъ не совѣтовалъ ему рисковать и просилъ дождаться окончательнаго выздоровленія.
Ничто болѣе не удерживало Гагена въ Америкѣ. Относительно Маріи Рихтеръ, онъ убѣдился, что она никогда не пріѣзжала сюда.
Теперь онъ былъ увѣренъ, что она выѣхала изъ Гамбурга не въ Америку, а въ какое-нибудь другое мѣсто.
Мѣсто отправленія телеграммы, полученной ею, также могло быть не Боннъ, а какой-нибудь другой городъ.
Что же касается до Губерта, то онъ былъ уже внѣ всякой опасности, такъ какъ ему удалось уѣхать внутрь страны, гдѣ онъ надѣялся начать новую жизнь.
Гагена влекло къ тому мѣсту, гдѣ онъ такъ долго жилъ, помогая больнымъ и несчастнымъ и преслѣдуя свои тайныя цѣли, гдѣ, наконецъ, онъ встрѣтилъ Бруно, котораго онъ полюбилъ, какъ брата.
Конечно въ это время онъ имѣлъ случай узнать немного Америку или, по крайней мѣрѣ, городъ Нью-Іоркъ, но въ этомъ и заключалась вся польза отъ его поѣздки, за которую, къ тому же, ему пришлось слишкомъ дорого заплатить;