XIV.
Демонъ.
Возвратимся обратно къ той ночи. когда Бруно пытался освободить Лили, но вдругъ долженъ былъ отказаться отъ этого, при видѣ идущихъ съ фонарями изъ замка людей.
Въ одиннадцать часовъ графиня легла въ постель и отпустила горничную, которая не спала болѣе около спальни графини съ тѣхъ поръ, какъ въ письменномъ столѣ покойнаго графа былъ найденъ ядъ. Максъ также не спалъ въ передней, и вообще вся прислуга снова заняла свои обычныя мѣста.
Странное безпокойство овладѣло графиней въ тотъ вечеръ, когда, отпустивъ горничную, она осталась одна въ спальнѣ накинувъ на себя бѣлый пенюаръ. Скоро ея неопредѣленное безпокойство воплотилось въ образъ Гагена.
Его одного могла она бояться. Она знала его рѣшимость. Онъ готовъ былъ пожертвовать сыномъ, чтобы только уничтожить ее.
Сынъ! Графиня вздрогнула. Зналъ ли уже Леонъ тайну своего рожденія? Она хотѣла открыть ему это и въ тоже время въ головѣ у нея мелькнулъ ужасный планъ. Злая улыбка мелькнула у нея на губахъ. Она рѣшилась сдѣлать сына орудіемъ своей злобы.
Она рѣшила на слѣдующій же день привести свой планъ въ исполненіе. Но странная вещь, эта мысль только на мгновеніе успокоила ее и ею снова стало овладѣвать прежнее безпокойство.
Кромѣ лампы на стѣнѣ, въ комнатѣ горѣли еще свѣчи, поставленныя горничной на столъ въ спальнѣ. Графиня только что хотѣла ихъ погасить, какъ вдругъ стала прислушиваться.
Что это было такое? Какъ будто кто-то старался открыть главную дверь.