Бруно былъ въ восторгѣ отъ этой перемѣны къ лучшему, и умолялъ доктора сдѣлать все, что возможно для излѣченія больнаго, не открывая однако тайны окружавшей стараго Фейта, откуда онъ и чего хотѣлъ Бруно достичь при его помощи.
Съ этого дня началось хотя и медленное, но замѣтное выздоровленіе больнаго. Черезъ нѣсколько дней Бруно уже подробно разсказалъ ему, гдѣ онъ находится и какъ попалъ сюда, и лучшимъ доказательствомъ, что старикъ былъ въ полномъ сознаніи могло служить то, что онъ взялъ руку Бруно и прошепталъ нѣсколько словъ благодарности.
Что касается Бруно, то онъ былъ счастливъ надеждой наконецъ спасти Лили и сорвать непроищаемую завѣсу, покрывавшую преступленія совершенныя въ замкѣ.
XXXII.
Лучъ надежды.
Возвратимтесь снова къ раненому Губерту Бургардту.
Путешествіе продолжалось. Утро уже наступило.
Губертъ неподвижно лежалъ на мѣстѣ и мрачно глядѣлъ передъ собою. Солдатъ не говорилъ съ нимъ ни слова и, казалось, не обращалъ на него никакого вниманія.
Вдругъ послѣдовалъ такой сильный толчекъ, что солдатъ отлетѣлъ въ другой конецъ вагона, а Губертъ упалъ со скамейки.
Въ то же время раздался крикъ тысячи испуганныхъ пассажировъ, заглушившій на мгновеніе шумъ поѣзда.