-- Что вы этим хотите сказать, патер?
-- То, что вы всегда и во всем можете рассчитывать на меня, пока будете следовать моим советам. Если же гордость заставит вас отвернуться от меня, это может иметь дурные последствия для вас и даже для самого короля Карла. Вспомните императора мексиканского;; Максимилиана, принц!
-- Отчего это вы напоминаете мне о нем?
-- Оттого, что и его дело решилось, когда он отвернулся от нас. Следовательно, моя просьба основательна, принц!
-- У вас, добрый патер, всегда найдется пример, чтобы, так сказать, запугать. В таком случае, если мы должны остаться в будущем добрыми друзьями, будьте осторожнее и сдержаннее, -- заключил Альфонс. -- То, что было условлено между доньей Бланкой Марией Мединой и мной, уже совершилось, и я предоставляю герцогине сообщить вам об этом, если она сочтет нужным. А теперь, надеюсь, вы благополучно доставите ее сиятельство во дворец. До свидания, дорогой друг, -- обратился он к Бланке Марии, целуя ее руку, -- до скорого свидания! Он уехал. Герцогиня была, по-видимому, в самом дурном расположении духа.
-- Уведите меня, патер Иларио, -- шепнула она повелительным тоном.
-- Повремените несколько минут, ваше сиятельство, этого требует крайняя осторожность. Принца могут узнать.
-- В таком случае, только вы могли выдать его, -- сердито сказала Бланка Мария.
-- О, какой жестокий упрек, ваше сиятельство! Как мог заслужить его я, ваш верный слуга и советник? Я ожидал скорей благодарности и доверия! Вы предполагаете в самом непродолжительном времени соединиться браком с доном Альфонсом, не так ли?
-- Опять вы подслушивали?