-- Перемен к лучшему ждать не приходится, друг мой, -- мрачно отвечал Серрано, подавая руку собрату, -- нам остается держаться в стороне... Сегодня я жду к себе одного приехавшего из Картахены бригадира, храброго Армадиса, ты его тоже знаешь! Он писал мне, что приедет в Мадрид за подкреплением.
-- Ну, так мы от него узнаем, как идут дела в Картахене и в окрестностях несчастного города и почему до сих пор не подавили восстания, -- сказал Топете. -" Не понимаю, каким образом бунтовщики приобрели такую силу и почему никто не предвидел готовящегося несчастия! Ведь должны же власти Картахены...
-- Не будем гадать, друг мой! -- перебил Серрано старого генерала. -- Может, скоро все объяснится. На севере опасность тоже растет. Взгляни, -- сказал он, указывая на карту, -- вот куда проникли войска дона Карлоса. Они готовятся уже к решительным битвам. Альфонс принял командование над центром армии, Доррегарай -- над правым флангом; я слышал, что втихомолку организуется и левый. А Кастелар все еще не в состоянии решительно выступить против неприятеля!
-- Оттого, что недостает хороших генералов. Выходи опять на сцену, Франциско, -- просил Топете, -- прими командование республиканской армией! Войска тебя любят; твое появление воодушевит их и даст делу новый оборот. Пожалуйста, возьмись снова за шпагу.
-- Не проси меня о том, чего я не могу исполнить, друг мой, -- серьезно отвечал Серрано. -- Ты знаешь, как все изменилось, моего участия не желают и не требуют! Неужели я стану навязывать свои услуги, когда никто не обращается за ними? Неужели я буду просить должности у нынешнего правительства? Этого ты не можешь требовать от меня!
-- Сломи гордость, Франциско, принеси родине жертву. Ты один можешь вывести Испанию из этого лабиринта! -- вскричал Топете. -- Поведи войска на кар-листов!
-- Ты знаешь, как я люблю и уважаю тебя, -- отвечал Серрано, -- но ты требуешь невозможного. Тебе известно, что я готов отдать все свои силы Испании, но при нынешних обстоятельствах мне в этом отказано. Я заранее вижу, что она погибнет.
-- Так забудь все и позаботься о ее спасении!
-- Сейчас я не могу вмешиваться! Я не хочу, чтобы говорили, что мною руководит честолюбие. Ты понимаешь меня! Если же дойдет до того, что беспомощная Испания окажется на краю пропасти, народ позовет меня, и я увижу, что большинство признает невозможность такого состояния, тогда Франциско Серрано готов будет стать во главе и осуществить свои планы, но не раньше! Да защитит небо наше бедное отечество! Не думай, что я утомлен или пал духом. Нет, в моей руке еще довольно силы, чтобы в решительную минуту поднять шпагу, я не отчаиваюсь, потому что знаю, пробьет час, когда все изменится. Я жду его, чтобы отдать все силы родине!
Разговор друзей был прерван докладом слуги о приехавшем бригадире Армадисе.