-- Здравствуйте, здравствуйте, дорогой Армадис! -- вскричал Серрано, идя навстречу старому офицеру и протягивая ему обе руки.
Топете, в свою очередь, приветствовал бригадира, дравшегося в былое время под началом обоих храбрых друзей. Свидание, видимо, растрогало Армадиса, потому что глаза его повлажнели.
-- Счастлив видеть вас, благородные доны, и пожать ваши руки, -- отвечал он взволнованным голосом. -- Как хорошо было, когда я мог биться и побеждать под вашим началом! Но это славное время миновало, остались только воспоминания! А что теперь?
-- Судя по вашему лицу, дела плохи, Армадис, -- отвечал Серрано. -- Пойдемте, поговорим! Вы уже были у начальства?
-- Да. Но вернулся ни с чем. Услышал кучу обещаний и утешений, а между тем необходима скорейшая помощь. О, если б вы по-прежнему стояли во главе, маршал! Если б вы вели войска! Прежде было совсем иначе!
-- Мы должны учиться переживать тяжелое время, бригадир!
-- Одно у меня желание, одна просьба, -- продолжал старый служака, -- чтобы вы, маршал, вернулись к войскам и взяли бы руль гибнущего корабля! Вы один можете спасти его! Не сердитесь на меня, позвольте старому сослуживцу высказать, что у него на душе. Отбросьте все сомнения и станьте снова во главе...
-- Вы пришли сюда, -- серьезно перебил его Серрано, -- не для того, чтобы рассуждать, лак изменить дело, а чтобы сообщить нам последние события, Армадис!
-- Понимаю, вы не хотите выслушать мою просьбу, -- грустно сказал Армадис, -- но маршал должен простить старому сослуживцу, что он высказался от полноты сердца. Сведения, которые я сегодня принес, далеко не радостные.
-- Нам, мужчинам, не пристало дрожать перед несчастьем. Говорите!