-- Сон пересилил меня, чего никогда со мной не бывало, вероятно, в вино было подмешано усыпительное зелье, -- ответил Олимпио, раздосадованный на себя за то, что на него пала вся вина за исчезновение немого монаха.
-- Ты прав, Олимпио, и моя голова невыносимо тяжелая, -- признался маркиз, -- необходимо немедленно оставить монастырь!
Филиппо быстро поднялся со своего места и схватил ружье, лежавшее возле него. И в то время, когда Клод собирался с силами, Олимпио с ружьем в руке бросился к двери, чтобы вместе с товарищами выйти в коридор. Они еще не подозревали об угрожающей им опасности, но в следующую минуту уже осознали всю безвыходность своего положения.
Олимпио схватился за ручку и хотел отворить дверь, но она не поддавалась.
-- Черт возьми, -- пробормотал он с нескрываемым гневом, -- наше положение не из лучших! Дверь крепко заперта снаружи!
Маркиз и Филиппо бросились к двери, чтобы убедиться в справедливости его слов.
-- Немой монах завлек нас в западню, -- тихо произнес маркиз, -- но они узнают нас!
-- Притворимся спящими, и тогда мы сможем разгадать их намерение, -- прошептал Филиппо.
-- Выломаем дверь, -- гневно произнес Олимпио, сжимая руки в кулаки, -- горе немому монаху, если он попадется мне в руки!
Маркиз схватил руку Олимпио и тихо отвел его от двери.