-- А, это вы, светлейший герцог, -- сказала старая, худая служанка, проворно отворяя дверь. -- Простите, милорд, пожалуйста, простите.
-- Хорошо, возьми этот соверен и поскорее доложи мистрис, -- сказал незнакомец.
-- Тысячу благодарностей, милорд. Пожалуйте в зал, -- кланяясь, сказала старуха, светя ему.
Незнакомец пошел за ней по широкой, великолепной лестнице. У дверей квартиры Марии Галль послышался слабый визг детей. "Это деточки", -- пояснила старуха. Она сказала это таким ласковым голосом.
Незнакомый с заведением Марии Галль принял бы его за самое благоустроенное; эта хитрая обманщица, с которой мы сейчас познакомимся, уже двадцать лет обманывала полицию Лондона. Наконец обнаружилась ее бесчестная профессия и она получила достойное наказание. В этот дом принимали преимущественно грудных младенцев, которых родители не могли или не хотели воспитывать в своем доме. Да, в Лондоне есть множество матерей, поощряющих таких преступниц, как Мария Галль и ей подобные.
Бедняки напрасно искали помощи и совета в этом богатом доме. Мария Галль была безжалостна с сиротами, кто не имел богатых родственников. Она была внимательной только с теми, за которых ей платили большие деньги. Ее прекрасный снаружи дом внутри был рассадником преступлений.
Старая служанка проводила гостя в освещенную, очень роскошно убранную гостиную, которая была похожа на приемную доктора или адвоката. На стенах висели дорогие эстампы, в простенках -- большие зеркала, на окнах -- тяжелые шелковые драпированные портьеры.
В этом зале Мария Галль принимала герцогинь, графинь, даже принцесс, и очень этим гордилась; здесь, на покрытом темно-зеленой скатертью столе, ей отсчитывали громадные суммы денег.
Незнакомец посадил мальчика на стул, снял плащ и шляпу; лицо у него было узкое, худое, рыжеватая борода мало отличалась от воротника плаща; в глазах проглядывало что-то беспокойное, неприятное; во всем облике замечалась странная смесь черт аристократа и простолюдина.
Дрожащий ребенок сидел на стуле, боясь пошевелиться, и наконец заплакал. Было видно, что очень боялся незнакомца, но старался это скрыть, чтобы избавить тетю Долору от неприятностей.