-- Ага! -- засмеялась старуха. -- Да ты не на шутку по уши влюблен в девку! Охота тебе так возиться с ней?
-- Молчи, старуха! Ведь я тебе плачу за все очень исправно!
-- О, мой друг! Я только думаю, что другие мужчины обладают меньшим терпением, чем ты. Зачем ты возишься так долго с этой дрянью? Не следует ей давать возможность заметить, что твоя страсть достигла высшего предела, она этим пользуется и отталкивает тебя, брось ее!
-- Замолчи, старуха!
И с этими словами Эндемо вошел вслед за горбуньей в большую комнату, на окнах которой висели темно-красные занавески. Старомодные кресла и диваны составляли обстановку этой комнаты, на столе стоял старый тяжелый подсвечник с нагоревшей свечой.
Старуха засуетилась по комнате, смела с дивана пыль и пригласила гостя сесть. Бросив шляпу на стол, Эндемо сел на мягкий диван. Волосы растрепаны, лицо худое и бледное, черные глаза сверкают из-под густых ресниц, лоб рассекают морщины, рыжеватая борода всклокочена.
-- Гадала у тебя сегодня или вчера знатная дама? -- быстро спросил он.
-- Вчера вечером у меня были две дамы, -- ответила старуха.
-- Старая и молодая?
-- Эге! Да ты, кажется, образумился, обратил внимание на другую! Но мне кажется, что та, о которой ты спрашиваешь, еще у меня не была. Обе вчерашние посетительницы очень молодые и знатные дамы, потому что при них был ливрейный лакей.