-- Уж у него такая страсть, он не может пропустить ни одной хорошенькой девушки.
-- Он не удовлетворяется одним только флиртом. Его лозунг -- наслаждаться, -- сказал Олимпио, -- он такой же отчаянный в любви, как и в сражениях. Черт возьми, он смелый завоеватель, умеющий побеждать сердца девушек подобно тому, как побеждает своих врагов. В Анконе он тоже принялся за свою игру!
-- Два дня тому назад я видел эту сеньориту -- она дочь Алькальдена. Я подметил отчаяние на ее лице -- ее красота равняется ее страсти, и я думаю, что Филиппо будет наказан за свое вероломство.
-- Как! Ты думаешь, что Жуана имеет какой-нибудь замысел против него? Клянусь всеми святыми, ты плохо знаешь сеньориту. Она влюблена в него и бегает за ним по пятам.
-- Филиппо должен бы ей меньше доверять!
-- Он болтает ей только о своей любви, тайком жмет руки и горячо целует в губки, чего им и хочется обоим. Но взгляни сюда, не замечаешь ли ты облако пыли на горизонте?
Клод взглянул туда, куда ему показал Олимпио, и тоже увидел, несмотря на вечерний полумрак, что по равнине все больше и больше расширялось серое, постепенно увеличивающееся пятно.
-- Черт возьми, уж не партизаны ли Христины это? Мне кажется, что на дороге больше одного всадника.
Маркиз вскочил на ноги -- его рыцарский стройный стан только теперь можно было полностью оценить -- и стал внимательно всматриваться в приближающееся облако.
-- Это Филиппо, -- сказал он, -- он летит с быстротой ветра.