Она угощала его дорогими кушаньями; но, взволнованный ее красотой и обаянием этого часа, Филиппо ни до чего не дотрагивался, только пил вино и ел остающиеся от нее половинки плодов и сладостей Востока. Аромат цветов, нежные волшебные звуки музыки, близость молодой женщины, ее блестящие глаза и высоко поднимающаяся грудь -- вйе это не замедлило произвести свое действие.
Жуана видела, как лихорадочно горели его глаза, как трепетал он от желания привлечь ее к своему сердцу, как побелели его губы от неудовлетворенной страсти, и она наслаждалась этим зрелищем. Давно ожидаемый час приближался, брачная ночь их настала! Они должны были отдаться друг другу, чтобы никогда уже потом не расставаться!
Снова она наполнила по его просьбе оба кубка, которые они разом осушили; в глазах ее потемнело; минута неги и страсти охватила ее; но даже в эту чудесную минуту Жуана не забыла своего намерения. Она медленно поднялась; Филиппо тоже поднялся из-за стола и приблизился к ней; Жуана не сопротивлялась, позволила привлечь себя к его груди; итальянец чувствовал сильное биение ее сердца и прикоснулся к ее губам -- они были холодные, как лед; он обнял Жуану и все крепче и сильнее прижимал ее к себе.
-- Ты сопротивляешься, -- проговорил он тихо, -- и не отвечаешь на мои поцелуи!
-- Я буду отвечать на них без конца, -- шептала она со сверкающими глазами. -- Подожди секунду -- я отведу тебя туда, в мою спальню, и замучаю своими поцелуями!
-- Ты терзаешь меня этими словами, -- прошептал Филиппе -- Скажи, на что ты решилась, что замышляешь?
-- Скоро ты узнаешь все, решительно все! Скоро я буду принадлежать тебе вечно, и наслаждение наше продлится без конца!
Жуана высвободилась из объятий Филиппо и приблизилась к зеркалу, перед которым на мраморном столике лежали миртовые цветы и ветки, она быстро начала убирать ими свои черные волосы. Воскликнув, что она еще очаровательнее в этом украшении, Филиппо подошел к ней и стал прикалывать цветы и ветки к ее волосам, роскошно спадавшим на затылок, грудь и плечи. Он не предчувствовал, что последний раз созерцает перед собой женщину и что завтра уже его померкшие глаза не увидят мира и земных наслаждений.
Жуана надела брачный венок, Филиппо при этом ей помогал, нисколько не подозревая об ее ужасном намерении. Окончена взаимная работа. Жуана сияла царственным величием. Расстегнув платье, она очутилась в объятиях стоявшего позади возлюбленного, которого она ненавидела!
На одно мгновение, казалось, любовь и страсть поработили ее, как будто она забыла свою месть и планы, покоясь на груди у Филиппо, которому она вполне отдалась и который расстегивал последние крючки ее платья.