Герцогиня Орлеанская со своими двумя детьми в сопровождении Клаура искала защиты в палате депутатов. Но появление вооруженной толпы и угрожающие крики "республика!" заставили ее обратиться в бегство.
Назначение временного правительства, которое Франция выбрала во время настоящей войны с Германией, было переходом к республиканскому государственному правлению. Старик Dupont de ГЕиге, Lamartin, Ledru-Rollin, Arago, Garmier-Pages, Cremieux (почти все те же имена, которые и опять теперь всплыли) и Luis-Blanc были известными членами этого нового правительства.
Между тем народ захватил Тюильри; мебель и украшения были сожжены; трон был перенесен на площадь Бастилии и разбит вдребезги внизу у колонны Юлия; в то же время нищая, в лохмотьях, толпа проникла в парадные комнаты дворца и стала украшать себя в расшитые золотом лоскутья из занавесок и гардин.
Достаточно было нескольких часов, чтобы низвергнуть могущественную монархию и обратить самого богатого короля в беглеца, ищущего помощи. Это должно было послужить роковым примером для его преемника и убедить того в непостоянстве французского народа, но он надеялся быть исключением. А между тем и он должен был в свой час пасть, еще позорнее предшественника.
Обо всем, что происходило в Париже, было своевременно донесено принцу Наполеону его друзьями. Однако он все еще оставался в Лондоне, как будто не решаясь покинуть свое верное и надежное убежище. Уже прибыли сюда изгнанный король и его семейство, но принц медлил -- еще не настало его время. Он не хотел на этот раз появляться в Париже без верного успеха. Нужно было здраво взвесить обстоятельства настоящего времени. Он должен был иметь на своей стороне многочисленную партию, которая бы выбрала его; довольно уже было неудачных попыток -- и на этот раз принц не желал потерпеть полное фиаско -- он выжидал. Это было необходимо, убеждал он сам себя.
Расчет принца оказался верным. У него было в Париже много влиятельных друзей, которые подстрекали возмущенных восставших к тому, чтобы они захватили управление страной в свои руки. Вследствие этого через полгода произошло новое восстание, повлекшее за собой сильное кровопролитие. Этой минуты и ждал принц Людовик Наполеон Бонапарт!
Ужас июльских дней, зверские, бесчеловечные поступки восставших приверженцев так называемой красной республики -- все это, может быть, исходило от принца и послужило впоследствии сигналом к убийствам.
Разъяренная толпа свирепствовала на улицах. Она убила мужественного генерала Брэя и парижского архиепископа Афрэ, призывавших ее к миру и согласию. Убийства и зверства, происходившие раньше, тускнели перед размахом ужасной июльской революции.
Народное собрание, устраненное варварским натиском народа, дало неограниченную власть генералу Кавеньяку, чтобы восстановить мир и спокойствие и наказать виновных. Этот генерал, который, казалось, слыл сильным соперником принца Наполеона, победил восставших после четырехдневного упорного сражения на улицах Парижа. Около пятнадцати тысяч человек были убиты. Некоторые улицы оказались полностью заваленными грудами человеческих тел. Семь генералов были тяжело ранены. Закончилось действительно ужасное сражение, которое когда-нибудь происходило в стенах этого города.
Бедный принц, как называли Наполеона в тесных кружках Англии, наверно, с большой радостью читал эти парижские известия. Минута настала. Теперь он думал явиться во Францию как освободитель и надеялся на вполне радушный прием своих соотечественников. Его расчет оказался верным! Тела убитых стали для него ступенями трона.