Как и все другие дворцы, Елисейский пережил много превращений и часто менял своих жильцов. Прежде в нем некоторое время жила принцесса Помпадур, у которой собиралось знатное общество и преданные ей министры.
Впоследствии в нем поселился Наполеон во время ста дней, то есть незадолго до своего падения. Веллингтон и император Александр останавливались в нем, а позже жила герцогиня Берийская, теперь же его выбрал принц-президент для своего местожительства.
Надежды Людовика Наполеона сбылись блистательным образом. Единственным его соперником на выборах в президенты был генерал Кавеньяк; но этот храбрый и честный воин передал ему власть без всякого сопротивления, когда большинство голосов оказалось на стороне принца.
Наполеон достиг своего: он был во главе нации, его мечта начала понемногу осуществляться, и он шел прямо к намеченной цели, сбрасывая с дороги тех, кто ему, казалось, мешал. Но тщеславные люди не могут удовлетвориться своим настоящим положением, они стремятся подняться все выше и выше, так было и с принцем: он уже мечтал о высших ступенях власти -- об императорской короне -- и не мог забыть дяди, умершего на острове Святой Елены. Он желал, как и тот, неограниченного господства над народом, который избрал его своим президентом.
"Хитрый принц" в последние годы все больше и больше развивал свои планы для исполнения этого смелого шага. Но время еще не пришло, приготовления к этому не были закончены.
В один из дождливых весенних вечеров 1851 года большое количество экипажей подъехало к подъезду тюильрийского дворца. Из первого вышел человек с холодным безжизненным лицом -- это был герцог Морни, сводный брат Людовика Наполеона, незаконный сын красивой Гортензии и генерала Фланута. Морни издавна пользовался весьма сомнительной репутацией в Париже; но с тех пор как его брат сделался президентом, а он его доверенным лицом, никто вслух не высказывал своего мнения. Лакеи и камердинеры почтительно кланялись ему, когда он проходил по широкой лестнице, покрытой роскошными коврами, направляясь в покои президента.
Из второй кареты вышел человек, несколько моложе предыдущего; на нем был вышитый золотом мундир префекта полиции; на его лице отражалась гордая уверенность в своем могуществе. Черные усы, которые вошли в моду, потому что их носил президент, были тщательно закручены, нос у него был некрасивый и длинный, в глазах выражалось какое-то беспокойство и раздражение. Человек этот был -- Карлье, начальник парижской полиции, почти ежедневный посетитель дворца -- Людовик Наполеон нуждался в помощи Карлье.
Из третьей кареты вышел генерал Персиньи, прежний вахтмейстер Фиалин, который так же, как и Наполеон, не останавливался ни перед какими средствами, чтобы достичь намеченной цели. В таких людях принц нуждался. Фиалин тоже прошел в комнаты президента.
Людовик Наполеон был в своем кабинете. Он расхаживал по комнате, диктовал письмо своему тайному секретарю, сидевшему за большим круглым столом посреди комнаты.
Принц очень изменился к лучшему с того времени, как мы его видели в обществе мисс Софи Говард. В то время он выглядел угнетенным, бедным и грустным, теперь же стал красивым и вполне окрепшим человеком. Во взгляде отражалась уверенность. На нем был одет статский сюртук, и на тонком жабо красовалась бриллиантовая булавка, подарок мисс Говард, которая до сих пор еще безумно любила его. Темные черные волосы принца, усы и эспаньолка блестели, бережно приглаженные, полное лицо, хотя и было немного худощавым, но показывало, что принц всячески берег свою жизнь и заботился о сохранении своего здоровья. Его глаза по-прежнему выражали какие-то замыслы и планы, но в них уже не светился огонек неудовольствия. "Милый господин Фульд, -- диктовал принц секретарю Мокарду, изящному и скрытному человеку, лет пятидесяти, -- будьте так добры и вручите господину Фиеро, шефу генерального штаба национальной партии, немедленно, по получении письма, сумму в десять тысяч франков, в которой он очень нуждается для одного частного дела".