-- Но даже и открыв машины, он не узнает, кому они принадлежат и кто их туда доставил.
-- А если в доме устроят ловушку, если окружат его со всех сторон и не выпустят никого из вошедших в него? Тогда поймают не только того, кто явится за машинами, но и доберутся до всех нас! Кто поручится мне, что во время нашего разговора Феликс Орсини не сделался уже жертвой подобной ловушки. Долгое отсутствие его страшно меня беспокоит.
-- Ты постоянно представляешь все в Черном свете, -- возразили Гомес и Рудио.
-- Клятвопреступный карбонарий, Бонапарт, не избегнет смерти, если только один из нас останется жив и свободен, -- проговорил Гомес с глубокой ненавистью.
Это были три заговорщика, с нетерпением ожидавшие своего товарища.
-- Клятва связывает нас, и мы во что бы то ни стало сдержим ее, -- сказал Пиери, глаза которого страшно засверкали. -- Людовик Бонапарт умрет со всеми приближенными и это случится скоро! Сегодня приснились мне потоки крови, текущие с эшафота... О, это был ужасный сон...
-- По какому случаю эшафот обагрился кровью, Пиери? -- тихо спросил его Гомес.
-- О, ужасный, отвратительный сон!.. И знаете, друзья мои, чья кровь покрывала весь эшафот?
-- Чья? -- прошептал Рудио.
-- Моя, -- мрачно ответил Пиери. -- Я сам лежал на эшафоте с отрубленной головой...