Олимпио под руку с Долорес гордо направился к выходу из церкви; за ним следовал маркиз де Монтолон, потом Прим вместе с молодым испанским офицером. Взгляд Евгении остановился на Рамиро Теба, имевшего поразительное сходство с ней.
Вдруг она увидела бриллиантовый крест на груди Олимпио; она вспомнила произнесенные им некогда слова и затрепетала всем телом, увидев, что в кресте не достает многих камней.
Но что же заставило ее вдруг так содрогнуться?
Число пустых мест увеличилось; эти таинственные знаки, так сильно волновавшие ее, должны исчезнуть, и она во что бы то ни стало добьется этого. Благодаря ловкости Бачиоки Олимпио находился теперь в ее руках, и притом не один, а с Долорес.
Она вздохнула.
В это время дон Агуадо увидел двух дам в вуалях; внутренний голос сказал ему, что ближайшая из них -- императрица.
-- Берегитесь, -- прошептал он, -- посмотрите на того, кто за мной идет!
Евгения услышала эти слова, она обернулась, -- Рамиро Теба приближался к ней; не оставалось ни малейшего сомнения, что глубочайшая и сокровеннейшая ее тайна была известна дону Олимпио Агуадо.
IV. МАДРИД И ПАМПЕЛУНА
Что же случилось в ту страшную ночь в гостинице "Гранада"?