XVII. ПРОКЛЯТИЕ СУМАСШЕДШЕЙ
-- Что желаете вы сообщить нам, господин обер-церемониймейстер? -- спросила императрица графа Таше де ла Пажери, входящего в ее цветочный салон.
-- Чрезвычайно неприятную новость, к сожалению.
-- Сознайтесь, господин граф, что вы принадлежите к числу дурных вестников, -- сказала Евгения, в то время как придворные дамы, не проронив ни слова, с нетерпением ожидали услышать новость, принесенную обер-церемониймейстером.
В ту минуту, когда вошел граф Таше де ла Пажери, императрица беззаботно разговаривала и шутила с придворными дамами. На приличном расстоянии от нее стояла графиня Эслинген, одетая в черное бархатное платье. Евгения сидела на низеньком удобном стуле в одном из углублений салона, соединенного с ее будуаром посредством библиотеки.
Этот салон был невелик, окрашен в нежный цвет; на потолке были нарисованы различные искусства со всеми их атрибутами; из-за тропических растений виднелись редкие красивые вазы, статуи, между которыми самая лучшая изображала молодую мать с ребенком.
Великолепные, мастерски нарисованные картины украшали стены; здесь изображена прелестная Наяда, прячущаяся за тростники и лилии; там, с маковым венком на голове, Хлоя, перед которой амур держит зеркало; рядом -- дремлющая нимфа, которую бог любви силится разбудить. Кроме того, четыре громадных, крашенных зеленью, зеркала покрывали стены. Словом, куда ни взглянешь, все цвело, блестело, сияло и напоминало волшебные сады Армиды.
Рядом с императрицей сидела принцесса Матильда; позади -- герцогиня Боссано и Конти, налево -- молодая принцесса Клотильда, между тем как маркиза Фульез и д'Э находились немного поодаль.
Только что подали чай в маленьких китайских чашечках, как доложили о приходе супруги маршала Мак-Магона. Евгения встретила ее с радушием, которое требовалось приличием и этикетом, потому что маршал был весьма редким гостем в Тюильри.
Когда были соблюдены все формальности и начался разговор, в комнату вошел граф Таше де ла Пажери.