-- Я не смею любить вас, и однако, когда я сегодня молилась, то сознавала, что душа моя сильно привязана к вам.
-- Вынужденное согласие, данное вами, недействительно, Маргарита. Скажите, любите ли вы меня?
-- Невыразимо; я готова всюду идти с вами!
-- Слова эти внушены вашим сердцем, я чувствую это; я блаженствую, Маргарита. Минуты эти самые счастливые в моей жизни -- ты любишь меня!
Хуан обнял ее, привлек к себе; губы его соединились с ее горячими губами, он чувствовал колебание ее груди, слышал ее страстные вздохи, видел ее полуоткрытые глаза и горячо обнял ее.
-- Я не хочу пробуждения, я не хочу возвращения, -- задыхаясь, проговорила она.
-- Ты должна быть моей! -- вскричал Хуан. -- Успокойся, и для нас настанет час вечного блаженства!
Маргарита вырвалась из его объятий.
-- Поспешим, -- прошептала она, -- я должна отыскать свою мать! О, как скоро пролетел этот сон блаженства! Подумайте о Мараньоне!
-- Мужайся! Не унывай! Я буду называть тебя своей!