План его еще мог исполниться. Еще можно было поспеть к поезду и утром уже быть далеко от Парижа вместе со своей добычей.
Он слышал, как заперли выходную дверь и в библиотеке стало тихо.
Быстро пустился он бежать. Железная дверь вмиг была отворена и потом заперта. Затем он прошел через темную пустую комнату. У наружного входа было тихо; камердинер удалился.
Тихо и осторожно отпер он дверь в коридор и через несколько минут оставил Тюильри, унося украденные деньги.
XXIX. БЕГСТВО ИМПЕРАТРИЦЫ
Яркое пламя восстания пылало в Париже. 4 сентября вся столица объявила республику, между тем как -- "испанка", как называла Евгению толпа, оставалась в Париже.
Скоро Лион и другие большие города последовали примеру сенского Содома и также подняли красное знамя.
"Республика! Да здравствует республика! Долой императрицу!"
Такие крики слышались в той части Франции, которая еще не была занята немцами. Народ надеялся республикой спасти себя и свое отечество.
Республика была лозунгом, за который вся нация схватилась вдруг с воодушевлением; она нуждалась в таком слове, чтобы снова стать на ноги; французы ликовали, как будто республика вела за собой победу, лавры, спасение.