-- Вы желаете прикрытия?
-- Я возьму с собою волонтера; кроме того, со мной будет маркиз де Монтолон.
-- Желаю вам счастья, генерал Агуадо! Дай Бог встретить вас, смелейшего из воинов, совершенно здоровым! Вы избрали эту ночь?
-- Именно эту; она, как мне кажется, будет темной; небо покрыто облаками, поднимается сильный ветер, а это очень мне на руку.
-- Делайте, как угодно, генерал Агуадо, -- сказал Канробер, который, как будто предчувствуя, что не увидится более с Олимпио, с трудом отпускал его. -- Не рискуйте напрасно своей жизнью, мне будет нужна ваша шпага!
-- Надеюсь быть на рассвете в вашей палатке с рапортом.
-- Прощайте, -- сказал тихо Канробер, пожав руку Олимпио. Затем оба генерала раскланялись; полководец со своим штабом направился вдоль улицы, Олимпио вошел в свою палатку, в которой сидели на складных стульях маркиз, Хуан и принц Камерата. Принц вскочил и с тревожным ожиданием пошел навстречу Олимпио.
-- Ночь наступает, на коней, господа, -- сказал Олимпио. -- По моему мнению, Клод, нам предстоит одна из тех проделок, на какие мы были мастера в прежнее время.
Маркиз улыбнулся; смелое предприятие, казалось, доставляло и ему удовольствие.
-- Говорил ты Канроберу? -- спросил он.