-- Не смейтесь, принц! -- вспыльчиво вскричал Хуан. -- Я так же мужествен, как вы!
Олимпио и маркиз не могли удержаться от смеха, но с удовлетворением взглянули на негодующего мальчика. Камерата подал ему руку.
-- Возьмем его с собой, господа, -- сказал он.
-- Он еще молод и своей опрометчивостью может выдать нас, -- сказал Олимпио.
-- Ого, если только поэтому вы не берете меня, то я буду также осторожен, как вы! Может быть, при всей своей молодости, я буду вам полезен! Возьмите меня, я уже приготовил четвертый револьвер, доставьте мне удовольствие и позвольте ехать с вами.
-- Хорошо! Твое желание нравится мне, -- сказал Олимпио. --
Ты останешься при маркизе! Будь спокоен и сдержан, чтобы ни случилось. Ни слова, ни выстрела без приказаний маркиза.
-- Будьте покойны, господа! -- вскричал мальчик, вне себя от радости. -- Я не подведу вас! Подать вам плащи?
-- Уже совсем стемнело, -- сказал Камерата, выглянув из палатки.
-- Чтобы солдаты не разгадали нашего намерения, выведи, Хуан, четырех лошадей к концу лагеря и жди нас там, мы придем вслед за тобой, -- сказал Олимпио мальчику, который накинул на плечи свою солдатскую шинель и поспешно вышел. -- Прекрасный солдат! Я очень его люблю, -- промолвил Олимпио после ухода Хуана.