-- А откуда вы? -- спросил владелец "Германии", обращаясь к третьей группе немцев, стоявшей в стороне.
-- Из Богемии, благородный господин. Ремёсла у нас не приносят больше никакой выгоды; в Бразилии, говорят, лучше.
-- Несчастные! -- не удержавшись, воскликнул Эбергард.-- Вы плывете навстречу гибели и смерти. То, что вам наговорили об этой стране,-- ложь: там царят рабство и нищета.
-- О, не говорите этого, милостивый государь, не отнимайте у нас последней надежды! -- умоляла его молодая женщина, крепко прижимаясь к своему мужу.
Владелец "Германии" видел нежную любовь молодой женщины, которая в нужде и несчастье искала опоры в своем муже, и эта картина тронула его. Улыбка умиления появилась на его губах, между тем как Мартин, закрыв лицо руками, отвернулся, чтобы скрыть свои слезы.
-- Куда же вы отправляетесь? -- спросил Эбергард остальных.
-- В Рио,-- разом раздалось несколько голосов.
-- Ну, в таком случае, я могу доставить вам выгодную работу. Вы все, все найдете то, на что надеялись, но если еще и другое оставят свою родину, что будет с ними? Возможно ли, что в прекрасных немецких странах так велика бедность? О Мартин, теперь мы вдвойне скорее должны отправиться в наше отечество, которого не видели уже столько лет. Меня сильно влечет туда, но, думаю, после виденного сегодня, нам предстоит там большая работа.
-- Я тоже так думаю, господин Эбергард. Черт возьми, опять у меня набегают на глаза эти несносные слезы!
-- У тебя добрая, честная душа! Пусть наше пребывание на родине ознаменуется добрыми делами, Мартин.