Можно представить удивление двора в Рио-де-Жанейро, когда стало известно, что граф Монте-Веро жив и невредим.
Император принял Эбергарда и отдал приказ найти мошенников, учинивших столь наглый разбой.
Позволит ли мне ваше величество,-- сказал Эбергард,-- обеспокоить вас просьбой?
-- Нам будет очень приятно хоть чем-нибудь услужить вам, дорогой граф фон Монте-Веро,-- взволнованно проговорил Педру.-- Горесть, испытанная нами, перешла в радость, так как мы вас любим как брата. Говорите!
-- Вы весьма милостивы, ваше величество. Но я прошу позволения самому преследовать и наказать разбойников,-- спокойно сказал граф.
-- Нам известна ваша справедливость, и потому мы передаем нашу власть в ваши дружеские руки. Делайте все, что найдете необходимым, но не лишайте нас слишком скоро вашего дорогого для нас присутствия. Скоро ли мы увидим вас окончательно поселившимся в наших странах?
-- Мои обязанности заставляют меня возвратиться в Германию, как только я покончу с разбойниками, ваше величество. У меня там еще не окончены многие дела.
-- Слава о ваших делах дошла и до нас, господин граф, вы и там приносите пользу человечеству, и мы счастливы тем, что можем называть вас своим другом! Но мы бы желали как-то ознаменовать эту радостную встречу, чтобы расстаться с вами с сознанием, что оказали вам все почести, которые в руках правителя служат выражением любви и уважения, чего вы в высшей степени достойны, граф Монте-Веро! За то, что вы не только в своих владениях, но и повсюду, где появляетесь, сеете добро, мы возводим вас в княжеское достоинство. Ваше графство с сегодняшнего дня становится наследственным княжеством Монте-Веро. Канцлер немедленно исполнит необходимые формальности. Мы счастливы, что первыми поздравляем вас и желаем вам полного благоденствия, князь Монте-Веро.
Эбергард, растроганный, преклонил колена и пожал протянутую ему императором руку.
-- Я благодарен вам за все, ваше величество,-- проговорил Эбергард, когда император поднимал его с колен.-- Вы оказываете мне слишком великую честь. Сердце мое чувствует вашу доброту и благодарит вас, государь, лучше слов! Но в моей жизни есть многое, что делает слишком тяжелой пожалованную вами корону.