-- Прекраснейшая из артисток еще в трико! -- Старый посланник кинулся с жаром целовать руки Лиди. Она великодушно позволила ему это, хотя отлично видела, что старый господин старается еще и приподнять накидку, чтобы хотя бы мельком бросить взгляд на то, что она скрывала, на то, что возбуждало в нем желания, которые едва ли можно было предполагать в столь старом теле.
-- Вы очень любезны, лорд, но я все-таки должна вас попросить посидеть в этом кресле, пока я не приведу в порядок свой туалет.
-- Не могу ли я немножко помочь вам? -- спросил старый дипломат.
-- Вы немножко посидите спокойно и подождите меня,-- очаровательно улыбнулась прелестная Лиди и без лишних церемоний усадила старого лорда в кресло, стоявшее возле стола.
-- Вы безжалостны, Лиди, я хотел бы увезти вас на маленький ужин вдвоем.
-- Вдвоем! А мы там не умрем со скуки? Ха-ха-ха.-- Прекрасная наездница смеялась так заразительно, что старый лорд не мог рассердиться на ее грубоватую шутку и смеялся вместе с ней.
-- Вы настоящая злая нимфа, но на вас невозможно сердиться. Следует все принимать как есть.
-- Конечно! -- Лиди, танцуя, снова подлетела к креслу, на котором сидел лорд Уд.-- Сегодня здесь держали пари. Янс и Белла поспорили: англичанка обещала явиться завтра вечером в изумрудном уборе, который отец Фельтона возвратил придворному ювелиру. Лорд Уд, мой милый Уд доставил бы мне несказанное удовольствие, если бы вместо Янс в этом уборе явилась я.
-- Несказанное удовольствие? Убор, дитя, не стоит своей цены, камни в нем по большей части мелкие.
-- Пятьдесят тысяч франков -- сущая безделица. Разве я не стою их?