Цирк наполнялся. В нижних рядах обитые шелком кресла занимали офицеры и богатые кутилы. В дипломатической ложе молодой лорд Фельтон, отец которого, к счастью, уехал, с почтительным поклоном уступил место у барьера лорду Уду. Мысленно он проклинал старого дипломата, так как только что узнал от придворного ювелира Розенталя, что лорд опередил его, купив изумрудный убор. На часть денег, оставленных Фельтону отцом с определенными указаниями, он тотчас же купил убор почти такой же ценности, так что, благодаря пари двух наездниц, Розенталь имел немалую прибыль. Но очаровательная Янс все-таки проиграла, и это сердило молодого лорда.
Принц Этьен тоже появился в сопровождении других дипломатов, но королевская ложа по обыкновению оставалась пустой.
Чем выше, тем теснее сидели любопытные зрители: мужчины, женщины, дети. Везде болтали; внизу ели конфеты, повыше -- леденцы и пирожки, а еще повыше, изнемогая от жары и давки, жевали хлеб, прося друг у друга программы, чтобы внимательно прочесть о том, что их ожидает.
В одной из лож можно было видеть художника Вильденбрука и Юстуса фон Армана. С ними не было на этот раз молодого господина Ольганова -- он сопровождал русского посла, уехавшего на несколько недель.
Наконец звонок возвестил о начале представления.
Во время выступления акробатов и клоунов Юстус и Вильденбрук тихо переговаривались.
-- Посмотрите на девушку наверху, на последней скамейке,-- проговорил художник:
-- Бледная блондинка? Прекрасное лицо!
-- Странно, я не могу оторвать от нее глаз. В ней есть что-то необычное.
-- Вы правы. Она с таким нетерпением ожидает обещанных чудес, что приятель, похоже, удерживает ее.