Прекрасная дама в жемчуге, беглая монахиня, привезенная братом Жозе обратно в монастырь, стала худой, бледной, и с лица ее исчезла былая красота. Шесть месяцев провела она в самом строгом заключении, в глубоких подземельях монастыря, а тут очень скоро блекнут и молодость, и красота...
Услышав, что дверь кельи отворилась, сестра Франциска встала и быстро закрыла ложе, перед которым она стояла на коленях; после этого она обернулась, чтобы посмотреть, кто вошел.
Убранство кельи было самое нищенское: грубый стол, посреди которого тускло горела свеча, стул, распятие и убогое ложе -- вот и все, что там находилось. Франциска была одета в коричневое монашеское платье.
Увидев перед собой вошедшего, Франциска в сильном испуге подняла руки и воскликнула:
-- Ты ли это, чудовище?! Если ты Жозе из Санта-Мадре, ты увидишь зрелище, от которого ужаснешься!
-- О чем говоришь ты, благочестивая сестра? Брат Жозе находится далеко отсюда.
-- Кто же ты такой? Я тебя не знаю!
-- Я брат Антонио и пришел к тебе по поручению благочестивого Жозе.
-- Благочестивый Жозе! -- воскликнула монахиня с ужасным смехом,-- благочестивого Жозе! Он мое проклятие и мой губитель! Посмотри сюда, Антонио, и тогда повтори, что Жозе -- благочестивый!
Изможденная монахиня подошла к ложу, перед которым она стояла на коленях и которое при виде постороннего так быстро закрыла, приподняла одеяло, и Антонио увидел месячного младенца, которого она тайком кормила грудью в своей келье.