-- Я принимаю, ваше предложение, сударь,-- сказал патер.-- Наш орден беден, а вы, вероятно, обладаете большим богатством. Брат Антонио, посвети. Наш монастырь открыт для вас!
-- Вы великодушный и достойный отец,-- сказал Эбергард,-- пойдемте же скорей.
Патер Целестин повел князя через монастырский двор. Следом брат Антонио нес фонарь. Они вошли в здание монастыря. Монахи, испуганные необыкновенным ночным посещением, бегали взад и вперед. Полуночное богослужение давно уже было окончено. Эбергарду показалось, что они вошли в совиное гнездо.
-- Мы в монастыре, князь,-- сказал патер.-- Брат Антонио, свети нам.
Монах злобно и иронично усмехнулся, будто хотел сказать: "Можешь искать до второго пришествия!"
Эбергард осмотрел все кельи по обеим сторонам коридора; он заставил отворить каждую комнату, каждую залу и даже обыскал все шкафы; затем отправился в подземелье.
Там он с содроганием увидел монахов, заключенных здесь в наказание за провинности. Покрытые лохмотьями, лежали они на соломе. Увидев выражение сострадания на его лице, патер заметил:
-- Мы имеем право и власть наказывать отступников и грешников. Все, кого вы здесь видите, тяжкие преступники.
-- В чем же они виноваты? -- спросил Эбергард.
Целестин указал на изможденного человека, лежащего на соломе в узкой и сырой келье; взлохмаченная борода его отросла до самой груди.