-- Так выслушайте же, что я вам скажу, и запоминайте каждое мое слово. Князь Монте-Веро разыскивает свою дочь и знает, что она находится в одном их ваших монастырей. Если вы все-таки откажете ему в его требованиях, он объявляет вам войну!
Но патера Целестина эта угроза не испугала, а брат Антонио даже рассмеялся.
-- Чтобы вы поняли все как следует,-- продолжал Эбергард,-- я поясню, что это будет война Бразилии против Испании, и вашей стране она будет объявлена от имени императора Педру Второго. И если бедный испанский народ, непричастный к вашим козням и высокомерию, вследствие моего же влияния окажется задетым этой войной лишь косвенно, то вы пострадаете непосредственно! Это я вам обещаю!
-- Вы разгорячились, князь! Из-за такой пустой причины не должно произойти войны!
-- Мелкие причины зачастую имеют крупные последствия, благочестивый отец. Откройте-ка книгу истории мира и поищите причины больших войн -- едва ли вы встретите там что-нибудь достойное упоминания, чаще всего они так незначительны, что вызывают лишь усмешку. Поверьте, никто так не ненавидит бойню, резню, как я! Но против козней, злобы, коварства и неправедной власти есть только одно средство -- сила. Я надеюсь, теперь вы поняли меня, благочестивый отец? Я спрашиваю -- одумались ли вы?
-- Если вы полагаете, князь, что мы вас боимся и из страха исполняем вашу волю, то это не так. Не забудьте, что и в Рио-де-Жанейро имеются агенты Санта-Мадре, и святые отцы и там могут показать свою власть. Видите -- мы имеем над вами преимущество. Однако же я хочу доказать вам, что вы ошибаетесь, полагая, что ваша дочь находится в одном из этих монастырей. Брат Антонио, ступай скорей вперед и предупреди благочестивых сестер; мы пойдем вслед за тобой.
Монах выслушал приказание патера с большим неудовольствием, но, не смея более возражать, вышел.
Несмотря на отговорки, слова Эбергарда произвели большое впечатление на патера. Он понимал, что князь Монте-Веро наверняка выполнит свою угрозу, зная, что император Педру всегда не прочь наказать надменное испанское духовенство. А влияние Эбергарда на императора, который называл князя своим другом, было, как мы знаем, велико.
Выйдя из монастыря, Эбергард и Целестин увидели такую сцену. Сандок, связав вместе всех трех лошадей и освободив таким образом руки, крепко держал Антонио. Слуга выполнял волю своего господина, приказавшего никого не впускать и не выпускать из монастыря.
Патер Целестин не сказал ни слова, но был неприятно удивлен, увидев, что ворота монастырей уже взяты под охрану.