Шлеве не находил слов для ответа. Голос отказался повиноваться ему -- отчасти потому, что Сандок немилосердно сдавил ему горло, отчасти из-за душившего его бешенства.
-- Сандок, ты переусердствовал,-- заметил князь.-- Я только велел тебе никого не выпускать. Помоги барону подняться!
-- Эта черная бестия -- разбойник! -- проговорил наконец Шлеве сдавленным голосом.-- Он напал на меня!
-- Будьте так любезны, барон, объясните нам, как вы сюда попали? -- сдержанно спросил Эбергард.-- Во всяком случае, по меньшей мере странно, что вы находитесь в монастыре, настоятель которого ничего не знает о вашем пребывании в нем.
-- Господин барон здесь проездом,-- вмешался Антонио,-- и я обещал разделить с ним на ночь свою келью.
-- Но во всяком случае,-- твердо и решительно проговорил Эбергард,-- эта встреча дает мне достаточный повод полагать, что моя дочь все-таки скрыта здесь. Господин барон, я требую, чтобы вы ответили, где находится молодая немецкая девушка, которую вы прислали сюда с испанским монахом по имени Жозе.
-- Знать не знаю никакой девушки! -- воскликнул барон, и серые глаза его злобно уставились на князя.-- Мне нечего вам сказать!
-- О масса, барон лжет! Сандок своими ушами слышал, как барон и графиня говорили о вашей дочери.
Патер Целестин понял теперь, что между братом Антонио и бароном существует тайный сговор, и, чувствуя известное уважение к князю Монте-Веро, сказал ему:
-- Вы видите, сударь, что я решительно ничего не знал обо всех этих делах! Если вы еще раз желаете вернуться в монастырь и возобновить поиски, то вам никто в этом не воспрепятствует.