Жозефина собралась было ответить, что у нее есть деньги, подаренные ей незнакомцем, и вдруг спохватилась, что если она признается в этом, монету тут же отнимут, и тогда ящик с красками будет для нее потерян навсегда.
-- Я ничего не утаила и у меня ничего нет! -- скороговоркой выпалила она, отведя взгляд.
-- Ты краснеешь, змея, значит, ты лжешь!
-- Мое предчувствие оправдывается,-- сказал Шварц, торжествуя.
Жозефина не могла больше владеть собой и разрыдалась.
-- Отчего ты плачешь, лгунья? Снимай свои платья, я их обыщу! -- приказала начальница строгим голосом.
Девочка давилась рыданиями и не могла вымолвить ни слова.
-- Слышишь ли ты? Снимай платья! -- повторила начальница громче.-- Или позвать для этого кастеляншу?
Жозефина никак не могла решиться исполнить это строгое приказание.
-- Может быть, не здесь? -- нерешительно спросила начальница, поглядывая на господина церковного смотрителя.