Фукс быстро переоделся в красную рубаху и панталоны с сапогами; сапоги оказались немного велики, но это ничего не значило. Помощник палача не забыл положить с другими вещами и свою широкополую шляпу.
Фукс надел ее и надвинул на лицо.
Но оставалась еще одна деталь, которая могла легко его выдать, а именно -- рыжая борода.
Но для такого опытного и находчивого преступника, как Фукс, подобное затруднение представлялось сущим пустяком. Он раскрыл фонарь, смочил пальцы в масле, вымазал их в печке сажей и этой жирной краской принялся натирать бороду, очень скоро ставшую совершенно черной.
Он зажал в кулаке ключ и обратился в слух, но звуки шагов в коридоре никак не стихали.
Было уже около десяти часов.
Но Фукс хотел еще подшутить над господином, который придет к нему в одиннадцать часов.
Соломой из матраца он набил снятые брюки и рубаху таким образом, что получилось чучело. Он уложил его на постель, из шейного платка соорудил подобие головы и, пристроив к туловищу, подсунул под нее подушку.
Если бы кто-нибудь вошел или взглянул в отверстие двери, то мог бы принять это чучело за него самого.
До сих пор все шло отлично, теперь бы еще посчастливилось выйти неузнанным из тюрьмы.