-- Нет, я не трус, кормчий Мартин, и ты это знаешь! Сандок не боится ни львов, ни тигров, ни злых людей, но привидения вызывают у него ужас, и он ничего не может с этим поделать!
Мартин, как всякий суеверный человек, тоже побаивался привидений, но признаться в этом значило бы уронить себя в глазах негра; кроме того господин Эбергард ни в какие привидения не верил и считал их порождением больного воображения; короче говоря, старый моряк, чтобы показать свое превосходство над Сандоком, небрежно бросил:
-- Так расскажи же все-таки, что ты видел?
-- Я слышал стоны в той комнате, где сгорела старуха, и как только я обернулся, что-то проскользнуло мимо меня в темноте.
-- И ты остановился посмотреть, что это было?
-- Боже упаси! Разве кормчий Мартин не знает, что не только Сандок, но никто на свете не может справиться с привидениями. Привидение может вскочить человеку на плечи и там остаться!
-- Ты городишь чепуху, негр!
-- Нет, не чепуху! Разве кормчий Мартин не слышал о морских чудовищах, появление которых предвещает несчастье?
-- Это совершенно другое дело, негр, на море не то еще случается,-- с полной серьезностью произнес Мартин и добавил: -- Но ничего, я найду способ проверить твои слова.
Случай очень скоро представился: господин Эбергард с Иоганном уехали на охоту, и Мартин решил на время их отсутствия коротать ночи в комнате старой Урсулы.