Им удалось беспрепятственно пробраться в переднюю часть парка через главный вход.
Сандок знал не только план парка, но и был знаком с внутренним расположением дворца.
-- Два выхода,-- сказал он своему спутнику, когда они осторожно пробирались под деревьями.-- Моро останется здесь, у передних ворот, Сандок будет караулить у задних!
Моро кивнул в знак того, что понял, и пробрался к группе деревьев, росших напротив парадного входа. Отсюда очень удобно было наблюдать за каждым подъезжающим и отъезжающим экипажем.
Сандоку было несколько сложнее. У террасы сияли большие канделябры, дорожки освещались фонарями, в глубине парка горели разноцветные шары и лампионы, многие деревья сверху донизу были увешаны фонариками, как рождественские елки.
К тому же повсюду гуляли парочки, порхающие танцовщицы в своем бесконечном веселье забегали в самую гущу кустов, гоняясь друг за другом. Поэтому не так-то легко оказалось найти подходящее убежище, откуда можно было бы наблюдать исход этого веселья, не опасаясь быть замеченным самому.
Сандоку оставалось рассчитывать только на свое везение, так как он не был здесь в безопасности, в чем скоро и убедился: влюбленные парочки для своих непродолжительных пастушеских сцен охотнее всего выбирали самые темные, самые укромные уголки парка. Пришлось Сандоку удовольствоваться отдаленным местом наблюдения, потому что отыскать подходящее укрытие вблизи ярко освещенной террасы было бы безумием. Нет никакого сомнения, что если бы его обнаружили, то как незваного и по своей наружности нежеланного гостя тотчас задержали бы и очень скоро опознали бы в нем опасного своей отвагой и ловкостью княжеского лазутчика.
Этого ни в коем случае нельзя было допустить!
Итак, Сандок устроился в некотором отдалении от второго входа и так хорошо укрылся, что найти его можно было бы лишь приблизившись вплотную; а между тем ему видны были приближающиеся экипажи, среди которых он без труда мог отличить карету барона, которую хорошо знал.
Гости, судя по всему, начинали разъезжаться. Экипажи, шурша колесами по мелкому гравию, подъезжали к террасе и увозили знатных господ обратно, в их великолепные особняки и дворцы. Сандок провожал глазами каждый; кроме того он ожидал сигнала Моро, который тот должен был подать, если барон, подобно многим гостям, выйдет из переднего подъезда.