-- Вы, кажется, не знаете, сударыня, что ваш друг барон Шлеве несколько дней тому назад погиб страшной смертью от руки человека, преследовавшего его по приказу князя Монте-Веро?
-- Он умер? -- с ужасом воскликнула Леона. -- Ложь, это невозможно!
-- Вас это, кажется, очень огорчает,-- с величайшим спокойствием произнес Фукс,-- и потому весьма сожалею, что должен сообщить вам это известие; сожалею тем более, что понимаю, насколько важны для вас последствия этого события. Но сообщение мое верно, в нем нет ни капли лжи! Я был уверен, что вам уже все известно, так как завтра барона хоронят.
При этих словах Леона быстро провела рукой по лбу, невольно показывая, какое впечатление произвело на нее это известие. Графиня не могла свыкнуться с мыслью, что единственного человека, на которого она всегда могла надеяться в стесненных обстоятельствах, более не существует, а помощь его нужна была графине именно теперь, когда финансовые дела ее находились в полном расстройстве. Эта гордая женщина, никогда не нуждавшаяся ни в чьем совете, теперь побледнела и готова была упасть без чувств... Но она собрала все силы, не желая показывать свою слабость, темные глаза ее снова засверкали, а лицо приняло прежнее холодное выражение.
-- Вы, кажется, знаете все!-- сказала она тихо, с прежним надменным выражением.-- Так скажите же мне, кто это сделал, кто виновник внезапной смерти барона?
-- Вы еще спрашиваете, сударыня? Тот человек, во власти которого находимся мы все.
-- Князь?...
-- Князю Монте-Веро дозволено поступать с нами, его врагами, по своему желанию и усмотрению -- он вправе нас сослать, казнить, четвертовать и все, что ему вздумается!
Леона с удивлением смотрела на человека, который в эту минуту еще мог шутить.
-- От кого же князь получил такую власть? -- спросила она с презрением.-- Мне кажется, что сейчас не самое подходящее время для розыгрыша!